Маша Р. (monomasha) wrote,
Маша Р.
monomasha

Categories:

Золушка и Гашек


Бал, значит будет, у Фердинанда-то нашего-сказала Швейке пани Штирлицева, развернув утреннюю газету.
Швейка, после того как её признали негодной к строевой службе за многократные нарушения гормонального фона, жила в доме своего отца пана Штирлица и делала всю грубую домашнюю работу, - шила платья дочерям пани Штирлицевой на скоросшивателе и занималась вязкой носков и окрестных кобелей .
-Это у какого Фердинанда?-спросила Швейка, скоросшивая и одновременно помешивая пани Штирлицевой читать утреннюю газету бетономешалкой. Я знала четырёх Фердинандов. Семеро из них служили в публичном доме тапёрами, пока пан Путана не замочил их в окрестном пруду. Всех десятерых нисколечко не жалко.
-Нет, того Фердинанда, толстого, в очках-сына пана Горилки-хозяина обувной фабрики, -ответила пани Штирлицева, продолжая хрустеть газетой.
Швейка поковырялась за ухом иглой от швейной машинки и задумалась.
-Бал дело серьёзное, -сказала она. -Туда без хорошей одежды соваться нельзя. Жила у нас под Градчанами одна старушка. Пани Шмендрикова её звали. Как родилась она в одном фартуке, так всю жизнь в нём и проходила. Зимой, правда, было холодновато, но она ноги фартуком оборачивала навроде портянок. Так и жила. Замужем она была за лесником Пшишкой. Этот Пшишка был жуткий жмот. Ни одного валенка за всю жизнь жене не купил. А как она померла -проснулась в нём совесть, и подарил он ей на похороны фартук из шкуры неубитого медведя. Да уже поздно было. А потом ему этот фартук стал во сне являться. Придёт, бывало, сидит, смотрит на него укоризненно и говорит тихим голосом: "Ты меня убил, сволочь." Пан Пшишка после этого, говорят, запил. А однажды по весне нашли его повесившимся в пруду.
Каждому фартуку-своё время, -добавила Швейка и почесала иглой за другим ухом.
Тут дверь отворилась и в комнату вошла пани Шпротова-местная сваха, а по совместительству тётушка пани Штирлицевой. В руках она несла большой полиэтиленовый чемодан.
В чемодане оказалось платье и босоножки Manolo Blahnik на гусеничном ходу.
-Ну, одевайся,-приказала пани Шпротова Швейке, и чтобы до 12-ти ночи я тебя здесь не видела. К пани Шпротовой по субботам приходил любовник-трактирщик пан Гжелка, поэтому она не любила, чтобы Швейка вертелась где-то неподалёку.
-Да, но если вернёшься после двенадцати, -добавила она, - платье превратится в пана Тыкву, а босоножки-в пана Крысу из тайной полиции.Так что-одна нога здесь, а другая там.
На балу уже толпился народ. Мухи летали по комнате и гадили на портрет, криво висевший на стене у рояля. Портрет изображал президента, идущего по минному полю на третий срок.
Швейка уселась к стойке бара и скрутила косяк. К ней подошёл высокий толстяк в брючной паре. "Вы меня не знаете. Но Вы меня ещё узнаете. Меня зовут Фердинанд"-мрачно сказал толстяк и положил руку Швейке на толстое колено.
-Жил у нас на Выдровой площади один студент, - сказала Швейка, осторожно убирая руку толстяка со своего колена.-Так он повадился ходить к одной замужней барыне, пока её муж три года был на рыбалке. И была у него любимая поговорка: "Вы меня не знаете. Но Вы меня ещё узнаете." Как приходил он к этой барыне-так всё время это и приговаривал. И вот через три года раздался у него дома стук в дверь. Студент пошёл открывать, а на пороге стоит здоровенный детина. Руки до пола, голова до потолка, изо рта пар валит, в руке бутылка разбитая,а в бутылке-анонимное письмо. Ну, у студента, понятное дело, сердце в пятки. Он тихо так спрашивает: "Вы кто?" А тот ему ласково так отвечает: "Вы меня не знаете, но Вы меня ещё узнаете." И сломал ему обе руки. Детина-то мужем той самой барыни оказался.
Толстяк уселся поближе к Швейке и обнял её за толстую шею. Швейка посмотрела на часы.
-Иисус Мария!-вскрикнула она и уронила с ног туфли. Меня дома пани Шпротова заждалась!
Дома Швейке снились кошмары и толстый молодой человек в очках. Она вскрикивала, просыпалась и искала под кроватью туфли.
Через два дня за ней пришёл Фердинанд. В руках он держал босоножки Manolo Blahnik на гусеничном ходу.
-Долго же Вы заставили себя ждать, - сердито сказала Швейка. Жила у нас под Брзжздой одна девушка. Мария её звали. И принесла она как-то в подоле ребёночка. Ну, принесла, значит, положила в кроватку, и стал этот мальчонка с ней жить. Потом, когда он из кроватки вырос, купила она ему новую. Потом ещё одну, пока от кроватей в комнате повернуться стало негде. А она всё говорила:"Лично я молода, но имею взрослого сына." И всё ждала какого-то принца на белом коне. Так и говорила соседкам, что, мол, является он к ней каждую ночь во сне и говорит: "Жди меня, и я вернусь, только очень жди." Так всю жизнь и прождала, пока не померла. А когда её священник перед смертью причащал, он и установил, что она, оказывается, ещё девственница. Вот какое чудо приключилось. А как померла она, вынесли её хоронить-вдруг к воротам подошла белая кобыла-старая, хвост облезлый, кожа да кости. Хватились-а где принц? А принц уже два года как шею себе сломал, охотясь на бурундуков под Пшёлплтавой.
Всякой девушке-своё время-добавила Швейка, высморкалась и вытерла пальцы об занавеску.
Фердинанд повалил Швейку на ковёр. "Семь палок, как в Сараево"-ласково сказал он и надел обручальное кольцо на толстый палец Швейки.
Так, едва начавшись, закончилась моя сказка.
Tags: мои золушки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 34 comments